20 - 10 - 2018

Незаконное увольнение аппаратчика

Елизавета Борисовна А. пришла на красноярское предприятие “М” в 1967 году. За время своего стажа на предприятии прошла трудовой путь от вальцевого до старшего инженера-технолога. В июле 2002 года А. вышла на пенсию, однако работу не оставила. Тем временем для предприятия настали тяжелые времена, начались массовые сокращения.

Тогда А. и обратилась к администрации предприятия, чтобы ее оставили доработать до 40-летнего стажа (1,5 года). Работодатель с удовольствием пошел ей на встречу — оставайся, дорабатывай, только (сущий пустяк!), будем с тобой заключать по 3 месяца срочный трудовой договор. Вот как здорово придумала администрация в случае увольнения работницы: никаких тебе гарантий и компенсаций!

С 5 декабря 2002 года по 5 марта 2003 года с А. был заключен трудовой договор на должность аппаратчика мукомольного производства, а с 10 февраля 2003 года А. был предоставлен очередной отпуск на 38 календарных дней, то есть до 21 марта включительно. Работодатель, спохватившись, что отправкой в отпуск без последующего увольнения, который превышал срок окончания трудового договора, фактически трансформировал срочный трудовой договор в трудовой договор, заключенный на неопределенный срок, пытался уведомить работницу (работник, в соответствии со ст. 79 ТК РФ Трудового Кодекса РФ, должен быть уведомлен о расторжении срочного трудового договора в письменной форме не менее, чем за 3 дня до увольнения). Но попытка оказалась неудачной, ведь вспомнил он об этом лишь 3 марта, за 2 дня до фактического увольнения по истечению срока договора — 5 марта. 3 марта работодателем было отправлено предупреждение работнице об увольнении 5 марта заказным письмом с уведомлением о вручении.

увольнение аппаратчикаС 13 февраля по 24 марта 2003 года А. находилась на больничном, лежала в больнице. После выхода из больницы работница получила письмо, и была им немало удивлена. О продлении отпуска на время больничного она договорилась в отделе кадров. 28 апреля А. вышла на работу и узнала, что 25 марта её уволили в связи с истечением срока трудового договора. Юрист предприятия “обрадовал” ее, что месячный срок исковой давности по спорам об увольнении истек, и требование о восстановлении ее на работе уже погашено. А о том, что она отказалась забрать трудовую книжку еще 27 марта, уже и акт составлен. “Вот тебе, бабушка, и Юрьев день”, доработала стаж.

Елизавета Борисовна много лет состоит в профсоюзе работников агропромышленного комплекса, потому и за помощью обратилась именно в профсоюз.

Представителем интересов А. в суде стал правовой инспектор труда красноярской городской организации профсоюза работников АПК РФ Виталий Дрожжаков.

Сторона истца просила суд признать приказ об увольнении незаконным, отменить его, восстановить А. на работе, взыскать с предприятия-ответчика оплату за время вынужденного прогула и компенсацию морального вреда.

Представитель ответчика с иском не согласился. И, казалось бы, его возражения имели под собой довольно прочную платформу. Так, представитель ответчика настаивал на том, что истица пропустила срок для обращения в суд и потому теперь ей не на что рассчитывать. Мол, трудовая книжка с записью об увольнении вручалась А. еще 27 марта, а иск она подала лишь 19 мая (по закону же обращаться в суд по спору об увольнении можно только в течение месяца). Кроме того, напирал работодатель, увольнение было произведено по закону, потому что срок действия договора истек, а при срочном трудовом договоре продление отпуска по болезни не предусмотрено...

Тем не менее, рассмотрев обстоятельства дела, суд взял сторону истицы, которую представлял в суде профсоюз.

Утверждение представителя ответчика о пропущенных сроках опровергается тем, что о своем увольнении А. узнала не 27 марта, а 28 апреля. Именно в этот день она получила копию приказа об увольнении, а трудовая книжка попала к ней и того позднее.

Свидетели показали, что 27 марта, когда составлялся акт о продлении Алексеевой отпуска, она не знакомилась с содержанием своей трудовой книжки. Так что довод А. о том, что о дате и формулировке увольнения она узнала лишь 28 апреля из копии приказа об увольнении, ничем не опровергнут.

В результате суд решил признать увольнение А. незаконным, восстановить ее на работе и взыскать с ответчика в пользу истицы оплату за время вынужденного прогула и компенсацию морального вреда — всего 57 тысяч рублей.

Сама работница призналась, что без правовой службы профсоюза восстановить свои права она бы не смогла.

Похожие материалы
Наши партнеры
Форма входа